Шаги в неведомое

28 января 2021 22:51

       Итак, я снова – о спектаклях любимого мною пермского театра «У Моста». И повод есть: вскоре театр снова приедет на гастроли в Москву. А его основатель Сергей Федотов недавно справил 60-летие. Но сперва - небольшое вступление. Пролог, так сказать.

       В афише каждого репертуарного стационарного театра есть спектакль-долгожитель (иногда два или больше). И многие постоянно работающие антрепризы тоже в репертуаре имеют такой спектакль. Обычно это постановка, с которой начался важный этап творческой жизни коллектива. Постановка, в которой отразились идейные и художественные принципы и направления этого театра. Каждое новое поколение участников, включаясь в этот спектакль, осваивает на нем стилистику, творческую манеру, художественные особенности этого сценического коллектива. Но ведь нередко такие спектакли активно живут в репертуаре, постоянно вывозятся на гастроли. И пользуются неизменным успехом у новых поколений зрителей. Дело не только в мастерстве режиссера, постановочной команды и актеров. Эти спектакли соответствуют духу новых времен. Новому нервному строю общества. Они приобретают новую и весьма неожиданную актуальность! Пьесы и литературный материал, на основе которых они созданы (хоть классика, хоть современные литературные творения прошлых десятилетий), привязаны ко времени, когда написаны, к проблематике тех лет. Подчас очень сильно. Но ведь спектакли по ним горячо воспринимаются и нынешними зрителями. Да, постановщик нашел в сюжете нечто, созвучное нашим дням. Но порой и сама пьеса воспринимается как буквальное иносказание о наших днях. Кстати, это происходит и с постановками по пьесам, нашим или зарубежным, написанным в самые последние годы. Пьеса как бы об одной, конкретно, определенной проблеме. А восприятие зрителя распространяет смысл сюжета более широко и масштабно.

       Таких два спектакля есть в репертуаре пермского театра «У Моста» (оба в режиссуре и сценографии создателя и худрука театра Сергея Федотова). Это постановки «ЗВЕРЬ» по пьесе Михаил Гиндина и Владимира Синакевича и ««ПАЛАЧИ» по пьесе Мартина МакДонаха. Они активно путешествуют по гастрольным маршрутам. В октябре прошлого года, едва закончился придуманный Сергеем Федотовым и организуемый его театром 4-й Международный театральный фестиваль по пьесам М. МакДонаха, театр «У Моста» с новой гастролью примчался в столицу. Местом встречи с публикой стала сцена театра «Модерн». А вскоре с этими же спектаклями театр «У Моста» гастролировал в Санкт-Петербурге. Об этих спектаклях и хочу рассказать особо – как раз потому, что пьесы написаны на определенную социальную тему и задевающую многих и многих. А жизнь придала этим сюжетам новый смысл, затрагивающий сейчас буквально каждого из нас.

      В репертуаре театра «У Моста» «Зверь» - из спектаклей-«долгожителей». Поставлен в 1989 году. Но, хотя актерский состав частично уже не раз обновлялся, спектакль сохранил форму, стилистику, нерв и драйв. Эта «алармистская» пьеса-предупреждение М. Гиндина и В. Синакевича написана довольно давно. Из тех, что появились у нас вслед за подобными зарубежными – фантасмагорическое и в то же время вполне реалистическое предупреждение о последствиях ядерной войны. Но история – любовно-семейная. Мир после всеобщей военной ядерной катастрофы. Декорация – нагромождение конструкций и кубов. В это не пойми что превратились леса и населенные пункты. Здесь бродит семья  - Отец (Владимир Ильин), Мать (Марина Шилова), Дочь (Милена Хмылова). У семьи есть Друг (Сергей Мельников и Василий Скиданов) - из «чужаков» только его признает семья. Его прочат в женихи Дочери. Все одеты кто во что. Рвань. Ремни. Каски. Речь и движения – тоже «рваные», конвульсивные, сбивчиво-заплетающиеся: последствия пережитых организмами радиации и психических потрясений. В поисках безопасных пристанищ и еды этим людям, «ячейке нового общества», встречается некое существо. По-людски не говорит. Но всё понимает - Зверь (Андрей Шебунков и Иван Железняков). Его начинают «приручать», одомашнивать, дрессировать: чтоб не зря кормить, пусть помогает. Тем более, что очень ловок и чуток в поисках. А он заговорил! И стал вдруг проявлять умения, очень знающего человека. В сообществе людей он становится тем, чем был – тонкой, образованной, деликатной личностью. Дочь преображается – взаимно влюбились! Но остальные упорно считают чужака – зверем. Нелюдью. Пришлый. Не такой, как мы. Друг интригует против него – срабатывают и ревность, и зависть, и расчет войти в семью… 

      И вот что поразительно: теперь этот сюжет и спектакль воспринимаются не только как предупреждение о том, что принесут войны. Не только о том, что нельзя всех «не своих» воспринимать «врагами». Теперь здесь читается острейшая параллель с нашими днями, отравленными пандемией. Не только война, но стихия или непонятная болезнь пугают всех. Заставляют обособляться. Насаждают недоверие и отчужденность. Всеобщую взаимную враждебность в межгосударственных, общественных, межличностных, семейных отношениях. Спасение – и победа над пандемией – в здравом доверии, в сочувствии и сопереживании, в сотрудничестве. Только так мы можем выжить – все вместе – и двигаться дальше…

      Ни режиссер, ни его «команда» не меняли трактовку пьесы, не расставляли новых акцентов. Но прямая аналогия с нашими днями – возникла и читается.

      Спектакль «Палачи» - сравнительно недавняя работа театра «У Моста». Но с самого начала пользуется такими же любовью и вниманием зрителей, как и другие постановки театра. М. МакДонах все действие разворачивает в пабе, которым владеет Элис (Марина Шилова) и ее муж Гарри (Владимир Ильин) - второй по авторитету официальный палач. Он и прочие его коллеги оказались не у дел. Каждый вынужден искать себе новый способ заработка. Сценография этого спектакля включает привезенную из Великобритании обстановку настоящего захолустного английского паба – история стряслась в Англии, а не в Ирландии. Но глубинно это - МакДонах, трактованный Федотовым в театре «У Моста».

     Фабула: в Англии отменена смертная казнь. Ее исполнители, служители государства и королевы, лишились работы. Но они (по крайней мере, самые мастеровитые в этом деле специалисты) убеждены: угроза смертной казни ликвидирована в правосудии зря. Кстати, и этот сюжет разворачивается как семейная (а не только как «профессиональная») драма.

     В том же городке, где Элис и Гарри, держит паб другой отставной палач – Пьерпоинт. Прежде он считался более выдающимся специалистом, чем Гарри. А его пиво знатоки ценят выше. Застарелые ревность и зависть терзают Гарри. Его поступками движут жажда «общественного признания» и амбиции. Но суть сюжета не в этом. МакДонах, как всегда, виртуозно строит сюжет, ловко и точно, очень реалистично, и в то же время саркастично рисует характеры и отношения между персонажами, широкими мазками колоритно пишет атмосферу, задает издевательски-иронический тон повествованию.

     Виртуозно и точно, вслед за автором, постановщик Сергей Федотов создает вполне реалистический, натуральный паб, с подробным бытом и достоверным образом общения персонажей – Гарри и Элис, их пятнадцатилетней дочери, местного инспектора полиции, завсегдатаев-выпивох, пришлого журналюги (раскручивающего Гарри на скандальное интервью), да еще бродяги во всем кожаном, задирающего всех и создающего о себе мерзкое впечатление… А в него влюбляется дочь Элис и Гарри. Он будто бы ее куда-то сманивает. Она пропадает из дому. Федотов, отлично чувствующий природу этого драматурга, исподволь все усиливает состояние тревожного ожидания, даже чего-то ужасного - «саспенс». А разве в нашей жизни «всемирно» не господствует в умах и душах множества людей – от «простых обывателей» до высших чиновников – ожидание победы мирового зла, если мы любыми мерами, самыми жесткими и однолинейно-командными не преодолеем и не сведем на нет пандемию?

     Гарри, упрямо и примитивно трактуя события, начинает свое «дознание», имитируя – при попустительстве инспектора полиции! – угрозу чужаку казнью через повешение. И чужак случайно (или почти намеренно) оказывается повешенным. А тут вернулась дочка – эх, больше не девственница, но живая и невредимая. А пролог пьесы и спектакля, кстати, такой: Гарри в тюрьме исполняет смертный приговор – вешает того, чья вина точно не установлена. Словом, назначаемая государством и требуемая обществом смертная казнь «за очевидные» якобы преступления, ничем не отличается от «суда Линча». Ведь никто не гарантирован от судебной ошибки. А прямолинейная непримиримая идейная поспешность – путь к утрате веры в справедливость закона.

     Скажем, с этим уже мало кто спорит, даже противники отмены смертной казни. Но… Тема отмены смертной казни волнует весь мир, да. Но за этим – более всеобъемлющая проблема, драма многих: меняется мир. И как ужиться с новизной, хотя вроде бы перемен к лучшему хотят все? Опять же всплывает тема «насущного» - борьба с пандемией. Она многое обострила и ускорила. Например, широчайший переход всех сфер общения в онлайн. Но он начался во всем мире задолго до пандемии. Но с пандемией связаны резкие, «тоталитарные» ограничительные распоряжения властей – в самых «демократических» государствах. Не всегда понятные и понимаемые. Нередко за ними – растерянность медицины и властей. И тогда в ответ – протесты населения. Тоже идущие во многом от растерянности и испуга.

      Но в широком смысле  - есть сближение в восприятии «Палачей» и «Зверя». Авторские тема и посыл, рожденные конкретной животрепещущей проблемой, «считываются» как аллюзия современности. Причем, опять же, не как аналог конкретной проблемы, а более сущностно. Исчезают привычные вещи, профессии, занятия и связанные с ними слова и понятия. Приходит иное, оно не сразу принимается (а то и вовсе отвергается) теми, кто привык к прежнему и ценит лишь его. Когда мир меняется через катастрофу (социальную или природную), то с такой скоропостижностью и всеобъемлемостью не могут смириться сердца и умы. На общественном, государственном, семейном, личном, любовном уровне. Твердолобая прямолинейность и поспешность решений, идеологическая однобокость и фанатичная упертость лишь в один вариант решения – только усугубляют проблемы узостью взгляда.

       Вот такие две интереснейшие постановки, но разные по авторскому замыслу и драматургическому материалу, по режиссерским решениям и сценической стилистике, сложились в афише театра «У моста» в дилогию о губительности идей, вывороченных наизнанку и превратившихся в свою противоположность, об узости мышления и жесткой бесчувственности, о неумении и нежелании понять изменчивость мира, и жизни, и человека -другого, непохожего… о неспособности услышать мелодию иной души и иного способа жить.

Валерий Бегунов, театральный критик

Фото из архива театра «У Моста»